Я понял. Радио Свобода называется так, потому что у них есть право:
1. Свободно выдумывать нелепые высказывания.
2. Свободно выбирать от чьего лица это высказывание оформить.
3. Свободно опубликовывать у себя в издании все то, что они понапридумывывали.
А придумали они вот что:
Фатограф-пачатковец Радзівон Кавенкін зазначае, што любіць фатаграфаваць людзей на вуліцах вялікіх гарадоў:
“Самае цікавае, што на вуліцы гэта ўсё зьліваецца ў адну карціну, на гэта прыемна глядзець. Дужа шмат людзей — у кожнага свой твар, кожны некуды сьпяшаецца, у кожнага свае ўражаньні, кожны пра нешта думае. У кожнага свой лёс і свая карціна. Таму здымаць на людных вуліцах — адно задавальненьне: хадзі з фотаапаратам і рабі карціны”.
Для русских (как и я сам) читателей предлагаю перевод:
Начинающий фотограф Родион Ковенькин отмечает, что любит снимать людей на улицах больших городов:
«Самое интересное, что на улице это все сливается в одну картину, на это приятно смотреть. Очень много людей — у каждого свое лицо, каждый куда-то спешит, у каждого свои впечатления, каждый про что-то думает. У каждого своя судьба и своя картина. Поэтому снимать на людных улицах — одно удовольствие: ходи с фотоаппаратом и делай картины».
Ну не маразм? Ладно без кавычек бы писали. Я бы подумал, что прочли какую нибудь статью про меня или моё интервью, плохо перевели с англ. на русский и т.д и т.п. Так нет же. Выдали за моё высказывание их собственное. И это при том что, я отказал в интервью в тот вечер абсолютно всем массмидиа. Моя самая любимая женщина и корреспондент Лена Борисова находится в отпуске, а ни с кем другим я разговаривать не захотел. Так им им и заявил: интервью даю только Лене Борисовой. *улыбка
Двое даже собрались ей тут же звонить. * улыбка
Уважаемые мои читатели, ничего общего со мной эти высказывания не имеют. И я этого не говорил.
UPD: Ну вот. Со мной связался корреспондент Радио Свобода и принёс свои извинения. Оказывается это было сказано не мной, а Сергеем Овсянником.